Наверх

История ветерана в Перми: фельдшер через годы после войны встретил спасенного им солдата

Возрастное ограничение: 0+
из архива Светланы Овчинниковой
Сегодня мы публикуем рассказ Светлане Овчинниковой о ее папе, воевавшем на фронте

Проект «История ветерана», который организовала газета «Pro Город», завершен. На портале progorod59.ru будут опубликованы все истории, который прислали пермяки. А их в редакции более 100! Сегодня мы публикуем рассказ Светланы Овчинниковой о ее папе, воевавшем на фронте.

«Мой отец, Михаил Гордеевич Елькин, родился 16 ноября 1924 года. Закончил 7 классов, пошел работать в колхоз. Учителя советовали поступать в Кунгурский лесотехнический техникум, но все планы спутала война, - рассказывает пермячка Светлана Овчинникова. - Он написал заявление в военкомат, чтобы идти на фронт добровольцем, но ему дважды отказывали из-за непризывного возраста. Ведь ему было только 16 лет. Тогда он приписал себе один год, и на третий раз, в августе 1941 года, его взяли и отправили учиться в военно-медицинское училище в город Пермь.

В марте 1942 года в медицинском училище был произведен досрочный выпуск, и Елькин в звании военфельдшера был направлен на Карельский фронт на должность командира санитарного взвода в лыжную бригаду.

«После демобилизации папа работал фельдшером в Кишертском районе, а затем рентгенолаборантом на курорте «Усть-Качка». Часто папа выступал с рассказами о своей боевой юности перед школьниками, допризывниками, несколько раз ездил на встречи однополчан 259-й стрелковой дивизии. Мы попросили папу записать свои воспоминания о войне, и теперь эта тетрадка бережно хранится у нас в семье, как и папин орден «Красной Звезды», медаль «За победу над Германией», юбилейные медали. Мы гордимся нашим папой, дедушкой и прадедушкой. К сожалению, в 2003 году папа ушел из жизни», - рассказала Светлана.

Дважды с отрядом лыжников ходил в тыл противника. 4 сентября 1942 года  под городом Медвежьегорском был тяжело ранен в голову и контужен. В октябре 1942 года выписался из госпиталя и был направлен в 259 стрелковую дивизию, где получил назначение в 314-й отдельный истребительный противотанковый дивизион (ОИПТД).

В составе дивизиона Елькин участвовал в окружении немецко-фашистских войск  под Сталинградом, оказывал первую медицинскую помощь раненым бойцам. В феврале 1943 года у города Изюм при выходе из окружения был ранен в обе ноги. Вплавь, отодвигая рукой льдины, добрался до другого берега реки Северский Донец. Лечился в госпитале, но узнав, что дивизию переводят в другое место, самовольно сбежал из госпиталя, чтобы не отстать от своей части.

Когда  приехал в свой дивизион, солдаты обрадовались: «Доктор приехал! Доктора привезли!». А доктору шел только 19-й год. Недолеченные раны гноились, начался сепсис, но желание жить победило. Постепенно раны затянулись. 

21 ноября 1943 года, в Михайлов день, отец был ранен в третий раз. Он вспоминал, какие тяжелые бои были на Никопольском плацдарме. За высоту 79,1, недалеко от села Великая Белозерка, которую противотанковый дивизион удерживал всю ночь, отец был награжден орденом «Красной Звезды».

Особенно тяжелый бой был у деревни Новотроицкое, недалеко от села Великая Белозерка. Папа вспоминал: «Нам было приказано взять траншеи противника, а у немцев  был приказ стоять в траншеях насмерть. За 20-30 минут боя все траншеи были забиты трупами. Наш дивизион  открыл огонь по огневым точкам противника. Потом показались немецкие танки. Мы подбили несколько машин, подавили пулеметные точки. Но противник наращивал силы. Наши орудия и пулеметы стали стихать, было много погибших. Одно орудие продолжало стрелять дольше всех. Редко, но все же стреляло, давая возможность пехоте отойти на другие позиции. Как потом выяснилось, у этого орудия погиб весь расчет, остался только один наводчик Грищенко. Он один и заряжал, и наводил на цель, и стрелял. Потом стихло и это орудие.

Я собирал раненых в одной немецкой землянке. Несу очередного, до землянки осталось 10-15 метров, и вдруг - прямое попадание снаряда в землянку. Говорю раненому: «Ну, в рубашке вы родились!». А он мне в ответ: «Да ведь и вы, доктор, тоже». Дивизион понес огромные потери. 

У орудия, стрелявшего дольше всех, обнаружили тяжелораненого наводчика Грищенко. Я оказал ему первую помощь, перевязал. Чтобы он не умер от болевого шока, дал ему отхлебнуть из фляжки со спиртом. Вынесли его в безопасное место, отправили в медсанбат. За свой подвиг Грищенко был награждён орденом «Красной звезды».

А ваши родные были на фронте? Пишите в комментариях.

Много лет спустя, на одной из встреч однополчан в селе Великая Белозерка, шагая в колонне ветеранов, слышу, как один ветеран, идущий впереди меня, рассказывает, какой страшный был здесь бой и как он был тяжело ранен. И добавляет: «И не шел бы я сейчас здесь в колонне, если бы не тот молоденький лейтенантик, который вытащил меня».

Я заволновался. Если у него есть орден «Красной звезды», значит, это тот самый Грищенко. Забежал вперед, смотрю на него, вижу орден. Кричу: «Так это я и есть, этот молоденький лейтенантик!». Мы обнялись....

 

Комментарии 0

Представьтесь, а лучше войдите или зарегистрируйтесь

Ваше сообщение

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru